Стукачи на марше

Владимиру Кара-Мурзе – это приговор оттуда, из той истории, с которой мы так и не попрощались. 22 года журналисту Ивану Сафронову – и это оттуда. Попытка убить Алексея Навального сначала на воле, а теперь на зоне – это оттуда.

Огромные сроки за слова – оттуда. Аресты и штрафы за чистые листки бумаги без слов в руках пикетчиков – оттуда. Можно до одури спорить о коллективной вине и коллективной ответственности, но сложно не признать, что самой большой ошибкой перестроечного и постперестроечного периода стало неотрефлексированное прошлое, не отлитое в граните: прощения нет (Ленину, Сталину, генсекам, компартии, стукачам, вертухаям, ЧК-НКВД-КГБ, прокурорам, судьям, идеологам, пропагандистам)Все, что олицетворяло большую и самую ужасную для России часть XX века, осталось законсервированным, и с этим Россия вошла в XXI столетие.

Власть не преклонила колено перед памятью жертв режима, не уничтожила погост на Красной площади. Ленин остался в мавзолее, Сталина не откопали и не сбросили с утеса, КГБ/ФСБ как сидело, так и сидит на Лубянке. Покаяние осталось лишь названием фильма.

Люстрация не проведена. Стукачи в порядке.А потом пришел Владимир Путин, который про капитализм как сегодня, а про власть как в прошлом. В 2000-е медленно, но верно реанимировали чудовищ, взбадривали самое темное и ничтожное в людях.

Постепенно, без суеты нарастала пропаганда в интересах власти, двигаясь от интерпретаций правды к полуправде, ко лжи, апеллируя к ненависти, злобе, зависти и ко всему тому, что тлело, зудело и требовало реванша после развала СССР и проигранной холодной войны. Снова побеждали вертухаи. И все это нутряное, не забытое, страшное, гнилое, сберегаемое из прошлого оживилось и зашевелилось в обезумевших душах людей, не успевших, не