Приключения русского киселя. Ридус

Сейчас в это трудно поверить, но у наших предков киселем называлось блюдо, совсем не похожее на то, что пьем мы сегодня. Приключения русского киселя еще ждут своего описания.

Чтобы просто проиллюстрировать, чем был старый кисель, приведу вот такую картинку прошлого. 

Забытый, к сожалению, на сегодня русский публицист, писатель, изобретатель-самоучка Павел Зарубин (1816−1886) в своем произведении «Торговая Волга» оставил яркие этнографические картинки быта середины XIX века. Вот там находим и про кисель:

 — Доброе дело… Покажи-как, брат, как здесь кисель варят.

 — Извольте, сударь Трифон Васильевич, посмотрите, — и Ефрем подошел к Картузову и показал ему кисель.

Картузов снова обнюхал Ефрема, что не пахнет ли от него вином, потом принялся рассматривать кисель.

 — О! брат, какой здесь славный кисель варят, право, — произнес Картузов с удивлением. — Наши бабы эдакого киселя не сварят. Постой-ка, брат, я отведаю немножко.

 — Отведайте, батюшка Трифон Васильевич, — предложил водолив.

Картузов поднял с палубы лучиночку, заострил ее немножко и поддел кусочек киселя.

 — Славный, брат, кисель, право славный, — заметил он, проглотивши кисель. — У кого ты это покупал У баб, небось?

 — У баб, Трифон Васильевич.

 — Эки мастерицы какие, право… да и масла-то таково много налито. Это ведь все на шесть копеек?

 — Все как есть только на шесть копеек, — ответил водолив.

 — Дай-ка, брат, я еще отведаю маленько, — и Картузов взял еще порядочный кусочек киселя. — Экой, право, славный кисель, — продолжал он с удивлением, — у нас дома такого киселя ни за что не сварят.

 p-syutkin.livejournal.com

Из вежливости и водолив подтвердил тоже самое, что такого киселя дома не сварят.

 — Ты, брат родимый, не осуди, — снова произнес Картузов, — я еще попробую маленько.

 — Сколько угодно, Трифон Васильевич, покушайте во славу Божью, — сказал водолив с равнодушием.

 — Мне, брат, покушать не надобно, — заметил Картузов. — Покушать у меня и своего есть. Я вот только отведаю немножечко — вкус только хорошенько узнаю… И Картузов еще подцепил порядочный кусок киселя, и хотел было разделить его на две части, но для сокращения времени решился проглотить целиком. На этот раз ему не посчастливилось: дохнул ли он как-то неловко, проглотить ли слишком поторопился. Или, может быть, кусочек попался великонек, но только...