Пастухов: «Путин уйдет, а осадочек останется»

Санкции в нынешнем виде не решают проблемы «торможения» России». Политолог — о том, как изоляция формирует устойчивый антизападный тренд в русском обществе.

— Не прошло и трех месяцев войны, как в России появилось новое подозрительное сословие. Вместо «понаехавших» теперь принято обсуждать досужими вечерами «поуехавших», — пишет Доктор политических наук University College of London Владимир Пастухов. — Это явление локального социального масштаба, которое затронуло, прежде всего, русский городской образованный класс. Высшие классы, за исключением тех, кто попал под санкции, как ездили туда и обратно, так и ездят. Низшие классы как не ездили никуда, так и не ездят. А вот русским европейцам приходится делать непростой выбор — либо там, либо здесь. Я сейчас пишу не о диссидентах, которым грозит срок и поэтому выбирать не приходится, а о тех, кому «всего лишь» надо либо принять новые обстоятельства жизни как реальность, данную им в ощущениях, либо поменять жизнь и страну. Проблема в том, что именно этот слой оказывает наиболее существенное влияние на психологический климат в России, и любые его колебания сказываются на последнем крайне болезненно. У тех, кто уехал, свои проблемы, фобии и комплексы, которые требуют отдельного разговора. Важнее то, что происходит с оставшимися. Хотя бы потому, что их явное большинство.