«Нас привела нищета»: Происходившее в казахском Актобе глазами репортера

«Радио Азаттык» Жанагуль Журсин описывает увиденное, услышанное и пережитое за это время.Ночь на 7 января. Сон всё не идет. В 4:30 утра звонит телефон.

Поднимаю трубку, в нем плачущий голос: «Они стреляют вовсю. Сейчас людей на площади заталкивают в автозаки. Скорая помощь тоже здесь».

Это местная жительница, ее окна выходят на площадь, где проходят митинги.О сне уже не может быть и речи. «Я должна увидеть все своими глазами», — говорю я себе, собираюсь и выхожу в сумрак ночи, чтобы вернуться на площадь, где уже провела несколько дней.На улице льет как из ведра. В Актобе, где обычно суровые зимы, ливень в январе — это нонсенс.Так для меня наступило утро последнего дня протеста.«Стало очень трудно жить»Акции протеста в Актобе не редкость, но за четверть века работы в журналистике такое количество вышедших на улицы, чтобы выразить свое недовольство, я видела впервые.Заприметив мой жилет с надписью: «Пресса» — они тянули меня за рукав, чтобы рассказать свои нехитрые истории.«Никто сюда не пришел бы, будь у нас хорошая ситуация.

Нас привела нищета, стало очень трудно жить. При зарплате 50–70 тысяч тенге месяц невозможно прокормить детей. Как проезд в автобусах может быть 150 тенге?! Только на проезд до работы и обратно я трачу 600–700 тенге в день, на работу добираюсь из пригородного Акжара, — говорил мне один из стоявших на площади Жомарт Картбаев.Таких коротких рассказов на моем диктофоне десятки.Журналистика делает человека скептиком.

Иногда собеседник говорит одно, но невольно подмечаешь, как проскальзывает фальшь: нотки в голосе, выражение глаз, жесты, брошенные мимолетно фразы.В слова стоявших на площади верилось. О трудностях они говорили просто и без утайки. Я вглядывалась в их лица, пытаясь поймать на неискренности.