«Мы зря воевали с русскими. Они непобедимы…» | Новороссия

Солдат вермахта, прошедший «московским маршем» 75 лет назад, понял русских и даже полюбил их

«Здесь! Здесь мы сидели! – Генрих с ностальгической радостью стучит пальцем по стеклу. – Стадион! Смотри, Рике, отсюда нас отправили шагать по Москве!»

Рике – собственно, Ульрика, его жена, приехавшая вместе с ним в Москву, – смотрит на серые стены «Динамо» без восторга. Жёны всегда так смотрят на реликты из военного прошлого мужей.

Он был откровенен…

Генриху было уже за семьдесят, когда он посетил Москву в начале девяностых. До того и после мы не раз встречались и полностью откровенно разговаривали о его прошлом и о нашем с Германией будущем – тогда казалось, что после сноса Берлинской стены между нашими странами всё возможно. В том числе сближение на общей, как ни парадоксально, памяти о прошедшей между нами войне. В конце концов, Россия и Германия в ней только пострадали, взаимно разрушив друг друга, к вящему торжеству англосаксов. Которые её высчитали, рассчитали и обрушили, как лавину с горы, сдав Гитлеру Чехословакию в 1938 году, чтобы нацелить безумного ефрейтора на восток. На Россию. И лишь гениальное достижение русской дипломатии – пакт Риббентропа – Молотова – развернул полчища вермахта на Запад. На организаторов войны.

23 августа 1939 года. Подписание межправительственного соглашения.

И теперь, больше чем полвека спустя, так ли уж немыслимо совместное, русских и немцев, противостояние шакальей англосаксонской цивилизации? Да это необоримый союз будет!

Но о политике мы с Генрихом не говорим. Мы пьём его сливовую настойку у него в садике и вспоминаем войну. Точнее, он вспоминает, а я не могу отделаться от мысли, насколько же он похож на моего отца. Они встретились в Москве – бывший солдат вермахта, отсидевший в нашем плену, и бывший моряк Балтийского флота, ушедший на войну в 16 лет добровольцем и после Победы служивший в советских оккупационных войсках в Германии. Нет, не по-братски, конечно, встретились. Но рюмку вместе выпили. Чтобы не воевать больше Германии и России никогда. И Генрих рассказывает, почему он такого не хочет…

Анатолий Цыганов. Старшина 2-й статьи. 1944 г. Фото из личного архива автора

«Я много понял на той войне»

Я многое стал понимать именно в России, рассказывает этот очень похожий на моего отца старик. Россия безбрежна. Добро и зло, ложь и правда, подвиг и предательство – в ней бе...