«Крепость Россия» рушится. Что ждет страну

Сергей Гуриев Бывший главный экономист Европейского банка реконструкции и развития Прошло семь недель войны, как же поживает российская экономика? Короткий ответ: намного ниже ожиданий, и худшее еще впереди До войны российская экономика пребывала в стагнации, но была якобы защищена от макроэкономических кризисов. Если использовать обычный для экономистов образ: она застряла в болоте и поэтому вряд ли упадет с обрыва.С одной стороны, с 2013 года ВВП России рос в среднем примерно на 1% в год.

Коррупция, обременительное государство, бизнесмены в роли политических заложников и изоляция от мировой экономики — все это в совокупности подорвало потенциальное развитие страны. С другой стороны, низкий суверенный долг, значительный суверенный фонд благосостояния, а также большие валютные резервы обеспечили макроэкономическую стабильность.

Консервативные бюджетные правила и современная денежно-кредитная политика, нацеленная на инфляцию, также способствовали устойчивому, но скромному росту.Так что в преддверии войны экономисты привыкли характеризовать российскую макроэкономику как санкционно защищенную, такую себе «крепость Россию». Руководители экономической политики страны считали, что наихудший ущерб, который может нанести Запад, — это отключение российской финансовой системы от глобальной межбанковской платежной системы SWIFT.

После того, как США пригрозили отключить Россию от SWIFT в 2014 году, страна начала разрабатывать внутреннюю альтернативу — СПФС (Система передачи финансовых сообщений). Хотя она несовершенна и ограничена Россией, тем не менее, функционирует с 2017 года.Запад нацелился на «Крепость Россию»Однако, как только война началась, Запад ответил гораздо более жесткими санкциями.