Коэффициенты раздора. Эксперт объяснил, сколько платят мобильные операторы за частоты и что влияет на эти суммы

эксперт рынка телекоммуникаций Практика публичной экспертизы в нашей стране обнаруживает одну интересную особенность. Государственная политика нередко имеет вид хождения по кругу, в лучшем случае — движения по спирали. Что бы ни придумало в очередной раз нежно любимое государство, речь вряд ли пойдет о чем-либо новом.

Достаточно покопаться в архивах, дабы найти практически готовые комментарии для последних событий. Вот и сейчас журналисты просят меня объяснить им суть вопроса с так называемыми коэффициентами рентных платежей за частоты для мобильной связи. Знакомый предмет.

Вспомнил, что интересовался им еще в прошлом году. Поднял свои записи в Фейсбуке — нет, не в прошлом, а гораздо раньше. Как минимум более трех лет продолжается вялотекущий спор о целесообразности этих коэффициентов.

Вот публикация 2020 года, а вот 2021-го. И, к сожалению, в этом сюжете ничего не изменилось. Эта история началась около десять лет назад, в 2014 году, когда органы власти искали пути проведения так называемого рефарминга — реорганизации частот для мобильной связи в наиболее «вкусных» диапазонах.

Результатом очень непростых компромиссов стала идея простимулировать операторов гривней. Напомню, с 2017 года при уплате операторами за частоты применяются как повышающие, так и понижающие коэффициенты, которые сопоставляются к ставкам рентной платы за пользование радиочастотным спектром. Повышающими являются коэффициенты фрагментации спектра (КФС) и концентрации спектра (ККС).