"Думать как Путин": входит ли спасение Сохнута в список главных интересов Израиля

В 2005 году глава правительства Ариэль Шарон поручил Совету национальной безопасности подготовить рекомендации, как можно улучшить отношения с Россией. Шарон, как и большинство других глав правительств в Израиле, конечно, ориентировался на взаимоотношения с США. И ему хотелось получить от россиян больше.

Методология, которой мы тогда воспользовались, была следующей. Для начала мы сформулировали 10 главных интересов Израиля в отношении России. Это не было сложной задачей. Так, например, первый интерес касался российской деятельности в отношении иранской ядерной программы. Второй — сокращение поставок российского оружия в Сирию. И так далее.

Далее мы попытались определить 10 главных российских интересов в отношении нашей страны. Их мы тоже расставили в порядке приоритетов. Это уже было сложнее, потому что нам понадобилось «думать как Путин» и попытаться определить его цели и задачи.

В итоге мы пришли к выводу, что уровень противоречий между нашими странами довольно ощутим, но не полярно противоположен. То что было более всего важно нам, не сильно волновало россиян — и наоборот. К примеру, мы записали, что главным интересом Путина в отношении Израиля является возвращение Сергиевского подворья в Иерусалиме. Казалось, при чем тут старая постройка в Иерусалиме? Тем не менее, имидж Путина в то время выстраивался вокруг армии и церкви. Российскому патриархату было важно вернуть Сергиевское подворье. Израиль, удовлетворив это желание, получил взамен важные преференции в сфере безопасности.

Я рассказываю про этот эпизод по двум причинам. Прежде всего, большинство конфликтов между странами не являются «игрой с нулевой суммой» — то есть игрой между двумя игроками, выигрыши которых противоположны. Иными словами, далеко не все, что