Украина показала, что легко сделает политбеженцев объектом внешнеполитического торга

Леонид Развозжаев стал не первым политическим активистом, уехавшим в поисках убежища на Украину, — до этого там укрывались члены НБП. Но именно случай Развозжаева показал, что Незалежная не лучшее место пребывания для российских оппозиционеров. 

Последние события — похищения и аресты оппозиционеров, пытки, ночные секретные суды, выбивание явок с повинной — все это посеяло если не панику, то растущее беспокойство среди «». Словосочетание «» становится уже политическим трендом. В соцсетях раздаются призывы ко всем, кто участвовал в «Марше миллионов» 6 мая, ехать в Шереметьево и покупать билеты на первый же борт, следующий в страны ЕС.

Со времен «оранжевой революции» 2004 года Украина была весьма привлекательным местом для поиска политического убежища в российской оппозиционной среде. Географическая близость, протяженная общая граница, отсутствие визового режима, не говоря уже об отсутствии культурного и языкового барьера, а также растущая политическая и идеологическая пропасть между властями Москвы и Киева — все это делало Украину главной целью российских активистов, бежавших от незаконного, политически мотивированного преследования у себя на родине.

Правда, для граждан РФ, объявленных в розыск, существовала опасность — наличие паспортного контроля на российско-украинской границе. Но она легко обходилась маневром через Белоруссию, с которой у России паспортного режима нет.

Первым российским политбеженцем, получившим убежище на Украине, стала нацболка Ольга Кудрина, привлеченная к уголовной ответственности по статье «Хулиганство» за плакат «Путин, уйди сам!», вывешенный из окна московской гостиницы «Россия» в 2005 году.

Кудрина, находившаяся под подпиской о невыезде, сочла, что приговор суда не будет справедливым, и покинула страну за несколько дней до его оглашения. Тверской районный суд признал Кудрину виновной и приговорил к пяти годам колонии общего режима. Сама же нацболка вскоре объявилась в украинской Виннице, попросила у украинских властей политического убежища и при помощи украинского отделения ооновского Комиссариата по делам беженцев получила его.

Позднее по стопам Кудриной пошли национал-большевики Михаил Ганган, Анна Плосконосова, Алексей Макаров и другие. Их судьба складывалась по-разному: кто-то, как Кудрина, оседал на Украине, кто-то, как Ганган и Плосконосова, перебирались со временем дальше на Запад — в ЕС и США. Но в любом случае россияне при посредничестве международных правозащитных организ...