Slate (Франция): поиск истины среди советской лжи о Чернобыле — борьба длиной в жизнь
26 апреля 1986 года, в день взрыва на Чернобыльской АЭС, Галя Аккерман находилась в Париже со старшей трехлетней дочерью и вторым мужем Самюэлем. «Меня тогда занимали другие вещи. Я в общих чертах была знакома с темой, но она меня не увлекла».
Какую роль играют в жизни случай и предназначение? Галя по сей день задается этим вопросом. Эта франко-российская журналистка и историк получила в 1997 году на перевод книгу «Чернобыльская молитва» белорусской писательницы Светланы Алексиевич (лауреат Нобелевской премии 2015 года). «Когда я переводила эту книгу о Чернобыле, она буквально въелась в меня. Она произвела на меня сильнейшее впечатление, и я начала интересоваться катастрофой».
Прочь из СССР
Гале Аккерман был свойственен дух авантюризма еще до поездки на зараженную территорию в Белоруссии. «Она знает, чего хочет. Это очень решительная женщина. Нужно уметь давать ей отпор, когда она хочет вас убедить, потому что ей свойственна большая интеллектуальная мощь», — говорит Амели Пети (Amélie Petit), ее издатель с 2015 года.
В своем родном московском районе маленькая Галя любила одна кататься в трамвае. «Меня отправляли купить кило сахара, но я брала 900 граммов. Отложенные копейки шли на билеты», — смеется она сегодня. Она ездила с одного конца линии до другого без пересадок, потому что боялась заблудиться. «Не нужно идти на неоправданный риск», — скажет она позднее о работе журналиста.
Она была склонна к одиночеству по характеру, и это только усилилось из-за изоляции: виной всему были ее еврейские корни. «В народе существовала атмосфера антисемитизма, особенно среди детей». Ее родители, юристы, выделялись на фоне общей социальной картины района, где были часты пьянство и семейные конфликты. «Мои школьные подруги недоумевали, когда видели в нашей маленькой квартире полки с 2 000 книг».Галя еще в 15 лет захотела стать литературным критиком и быстро поняла, что не сможет свободно заниматься этой профессией в Советском Союзе. «Единственным способом избежать слишком жесткой цензуры было отойти от современной истории».
Получив в Москве свой первый диплом (древняя история), она последовала за первым мужем в Израиль в 1973 году и стала давать там уроки. Затем она защитила в Париже диссертацию и обосновалась во французской столице в 1984 году. Там она познакомилась с советскими диссидентами, которые были высланы советским режимом при Брежневе.
«Это были очень хорошие люди. Затем я работала на жу...
Читать на inosmi.ru
