Ритуальные заслуги

«На курсах по подготовке тел умерших нет отбоя от желающих»Поймать Максима Колесова для интервью теперь сложно. «Сегодня, к сожалению, никак не получится, завал по работе — три участника СВО. Там устранение повреждений — до ночи все затянется», — пишет он.

Максим — опытный танатопрактик, то есть мастер по косметической подготовке покойных. После начала войны, которую он называет «спецоперацией», Колесов помогает провожать ее участников в последний путь на добровольной основе:«Я бесплатно предоставляю свой траурный зал в Новой Москве для прощания с погибшими. За восстановление тела тоже плату не берем.

Люди узнают о нас по сарафанному радио, звонят. Просят встретить груз 200 с их родственником, прибывающий в аэропорт, доставить в морг, открыть цинк, помочь с опознанием и с кладбищем. Погибшие — не только москвичи, некоторые тела идут транзитом».Участников прошлых военных конфликтов часто хоронили в закрытых гробах.

Но в последние годы косметическая подготовка тел стала в России обычным делом. Так что участников нынешней войны стараются похоронить «в лучшем виде». Далеко не всегда такие вещи можно оплатить из государственной компенсации на погребение, но некоторые семьи берут кредиты, а кому-то бесплатно помогает Максим Колесов.Подчас лицо и руки убитого (других частей тела при прощании все равно не видно) собирают буквально по частям.

Восстанавливают раздробленные кости, заполняют раны специальным воском. Работа над сложным случаем может занять до 12 часов. И чем дольше идет война, тем труднее становится, говорит Колесов:«Сначала были в основном пулевые ранения, часто — снайперские.

Потом пошли крупнокалиберные. После стало много минометных и осколочных ранений. А затем появились последствия ракетных ударов.