Производители еды начали ощущать западные санкции

Запад бьёт санкциями по одному сектору российской экономики за другим. Однако аграрный бизнес они пока обходят стороной. Вряд ли авторы запретов стараются предотвратить голод в Африке и Азии, который грозит разразиться без российского хлеба, – в таком случае в выигрыше окажутся как раз иностранные фермеры.

Что, если самый болезненный удар Запад приберёг на крайний случай? А насколько мы к нему готовы? Ежегодно России нужно около 80 млн тонн зерна. В прошлом году было собрано 120,7 млн тонн, в том числе 75,9 млн тонн пшеницы. Так что и хлеба и фуража в стране хватает.

Урожай сахарной свёклы и подсолнечника также был высоким. Потому, если смотреть на голые цифры, голод стране не грозит. Однако стоит углубиться в детали, как картина начинает меняться.

Логистический кризис не обошёл стороной торговлю зерном. К тому же из-за спецоперации остановлена работа портов Азовского моря. В связи с этим объёмы зернового экспорта сейчас падают, с начала сезона по 10 марта вывезено 23 млн тонн пшеницы – это почти на треть меньше, чем обычно.

С одной стороны, ситуация должна радовать: хлеб остаётся в стране и голода не будет. С другой – аграрии теряют источник дохода – внутреннего рынка им явно недостаточно. Ведь именно экспорт во многом обеспечил подъём сельского хозяйства, произошедший в России за последние десятилетия.

Продавая за рубеж огромные объёмы зерна, аграрии увеличивали посевные площади, закупали высокопроизводительную импортную технику, внедряли новые технологии. Падение выручки от экспорта приведёт к тому, что растениеводы будут вынуждены снижать издержки. Зачем сеять пшеницу в таком количестве, как прежде, если её некому продать? Если так пойдёт дальше, у нас появятся новые брошенные поля, мёртвые деревни, а в город из села