"Почти каждый спрашивает, не бомбят ли здесь". Дневник латвийского волонтера

"В Кракове меня встретил бывший коллега. Сам он из Украины, переехал в Польшу давно, очень хороший IT-специалист, получает прекрасную зарплату, работает на крупный банк.

Пока он вез меня в город, успели поговорить. Как почти у любого украинца в Кракове, да и не только украинца, у Жени все время живет кто-то, бегущий от войны.

Сейчас у Жени остановилась мать его друга: ждет, когда сын заберет ее в Штаты — друг делает ей визу. Пережив бомбежки в своем городе Белая Церковь, они и по сей день вскакивает, если из расположенной неподалеку пожарной станции выезжает машина с сиреной…Один коллега Жени довез жену с месячным ребенком до границы, а сам вернулся в Киев — хотел попасть на фронт, но ему сразу сказали, что без боевого опыта не возьмут.

Тогда он пошел записываться в терроборону. Взяли лишь с третьего раза — в военкоматы стоят очереди.Женя говорит, что его русские друзья после 24 февраля впали "в какой-то ступор".

Если украинцы и поляки подходили, звонили, спрашивали, как ты, как твои родные, нужна ли помощь, то все русские друзья пропали.