Мацукевич: «Страна из режима развития перешла в режим выживания»

В Великобритании будет новый премьер-министр. Что это значит для Беларуси?

Лиз Трасс ушла в отставку с поста премьера спустя всего шесть недель после назначения. Ее предшественник Борис Джонсон, о возвращении которого во власть тут же заговорили, отказался от выдвижения своей кандидатуры, и теперь одним из наиболее вероятных претендентов на освободившийся пост называют экс-министра финансов Риши Сунака. Российская, а следом и белорусская пропаганда обрадовалась этому факту. «Пул Первого» потроллил британцев, что шпиц белорусского правителя Умка «готов начать закулисные переговоры с главой британского подковерного правительства», потому как, мол, в «чехарде с премьеропадом» наконец появился вменяемый западноевропейский политик, который готов к конструктивному диалогу. Тем временем из публикаций в мировых и европейских медиа складывается впечатление, что выборы нового премьера — в первую очередь внутренний вопрос решения правительственного кризиса, который вряд ли повлияет на позицию Великобритании на международной арене. Так ли это и есть ли у «союзных режимов» поводы для оптимизма, Филин расспросил старшего исследователя Центра новых идей Павла Мацукевича. — Думаю, это действительно внутренняя повестка. И в принципе, в любом государстве только она должна влиять на положение власти, — полагает экс-дипломат. — Экономический, финансовый или социально-политический кризис — это весомый повод для смены власти в демократических странах, там это «се ля ви». Здесь — злобное потирание рук. Потому что и Джонсона, и Трасс ни белорусские, ни российские власти откровенно не любили. Радуются и улюлюкают по факту их ухода, как дикари.— Не скрывается ли за бурной радостью и троллингом некоторый страх? То, как поступают