Крымский тупик

НВ, переполнен тревогой и отчаянием. Один участник сообщает, что поднял прайс на проживание на 20% в сравнении с прошлым годом. Другой сетует на высокие цены в магазинах полуострова, сравнимые с итальянскими и французскими, несмотря на официально низкий валютный курс — 66 рублей за $1.

Их собеседники рассказывают, что от Балаклавы до Тарханкута, то есть, по всему юго-западному побережью Крыма, запрещен выход в море, — даже прогулочным катерам.Но основная тема бесед — резкое измельчание туристического потока. «Я по [Керченскому] мосту ехала, пусто. Автомобилей [туристов] очень мало, в основном [военная] техника идет.

Если майские такие, то что будет дальше?». «А у нас [военные] самолеты очень даже летают: Сушки, МИГи и прочее». «А у нас [военные] вертолеты.

Эксклюзивный туризм, йо-майо».О том, что положение туротрасли оккупированного полуострова тяжелое, говорят не только представители индустрии в чатах, но и цифры в российских СМИ. По данным газеты Коммерсант, майские праздники дали рекордно низкую заполняемость крымских отелей — всего 10−15%. А продажи летних туров на полуостров сократились на 50−85%.

В итоге на период отпусков в Крыму забронировано около трети номерного фонда, при этом данный показатель в наиболее удачные пост-оккупационные сезоны составлял 70−80%.В итоге вся туристическая отрасль полуострова — именно как бизнес, готова обрушиться. Или, как минимум, лишиться сегмента небольших и средних частных отелей — на 50−60 номеров, на которые приходится 20−30% от общего числа мест.Никого из экспертов подобное положение вещей не удивляет. Во-первых, в Крым вообще не летают гражданские самолеты — на время войны Росавиация объявила «режим временного ограничения полетов в аэропорты юга и центральной части России».