Американская пропагандистка удивлена: почему-то весь мир не встает как один за Украину (The Atlantic)

На прошлой неделе дети катались на катке недалеко от офиса президента в центре Киева, а туристы фотографировались перед заснеженными церквями с куполами в виде луковиц. В магазинах, как и всегда, в это время года, было полно людей, делающих покупки к Новому году и Православному Рождеству. Аэропорты были переполнены.

Другими словами, в украинской столице не происходило ничего необычного — ничего, кроме существования чрезвычайных планов на случай возможного вторжения России. Хотя их не видно с катка, но вокруг границ Украины сконцентрированы более 100 000 российских военнослужащих с оружием, боевой техникой, полевыми госпиталями и боевыми кораблями на Черном море. Редакторы газет втихомолку просят журналистов привести свои личные документы в порядок на тот случай, если им вдруг понадобится поехать в зоны боевых действий. Один западный дипломат сказала мне, что люди, которых она знает, «привыкают к режиму gо-bag — когда вы упаковываете вещь-мешок заранее и готовитесь на случай чрезвычайной ситуации». Черный юмор присутствует повсюду. Когда несколько дней назад Министерство обороны Украины призвало женщин регистрироваться в военкоматах, по мобильным телефонам людей разошлось множество шуток и мемов (например, изображение мужчины, лежащего в постели рядом со своей женой и думающего: «Когда же наконец они займутся делом и мобилизуют ее?»). Люди вслух задаются вопросом, придут ли россияне до или после запланированных зимних каникул, и размышляют о том, следует ли им соответственно изменить даты своего отдыха.

В основе всех этих разговоров лежит ощущение нереальности происходящего. Нынешний момент «странный — очень, очень странный», — сказал мне Андрей Загороднюк, бывший министр обороны Украины. Для жителей его страны угроза со