Взрыв в Харькове: «коммунальный» след

Надежд на публику в погонах у харьковчан почти нет. И если уж надеяться — то на общественных активистов, патриотов. И в случае успеха мы рискуем окончательно стать страной волонтеров, которые в Украине станут обеспечивать даже правопорядок.

Убийства никогда не были верхом доблести. Тем более — убийства мирных людей. Тем более — убийства ради идеи, любая из которых заканчивается набиванием карманов очередного отморозка, мнящего себя властителем мира. В этом смысле любая идея, ради которой людей науськивают друг на друга, сродни каннибализму. За счет массовых убийств одних людей обогащается малюсенькая кучка других.

Вчерашний взрыв в Харькове ничем в этом смысле не отличается. Одни люди заложили взрывчатку и целенаправленно взорвали ее ради убийства других людей. Кто конкретно готовил мину и взрывал ее — предстоит разобраться. А пострадали далеко не самые плохие харьковчане.

 — физик, общественный активист, координатор Евромайдана, волонтер. Человек известный, имеющий самое непосредственное отношение к празднованию, поскольку благодаря его усилиям годовщина Майдана сейчас отмечается.

Несколько меньше известно о подполковнике милиции Юрии Рыбальченко. Но судя по отзывам коллег, он тоже был далеко не последним в коллективе. Начал службу оперуполномоченным ОГСБЭП Лозовского горрайотдела и дослужился до начальника криминальной милиции Первомайского РО. «За добросовестное отношение к служебным обязанностям неоднократно отмечался наградам МВД и ГУМВД Украины в Харьковской области» — пишут о нем коллеги.

У убитых остались семьи, дети. Еще 9 человек ранены и находятся в больницах.

Сотрудники СБУ уже задержали группу, устроившую этот террористический акт и готовившую еще несколько подобных. По крайней мере, такие показания дали задержанные. Об этом же свидетельствует вещдок — реактивный огнемет «Шмель», изъятый у террористов.

Но кому и зачем это было нужно? Кому — выгодно?

Если верить мэру Харькова Геннадию Кернесу — он категорически против таких способов доказательства чьей-либо правоты. Действительно — если бы он это поощрял — нашлись бы и оппоненты, действующие адекватно его мерам. Но Кернес во всеуслышание заявил: «Харьков всегда был толерантным городом, у нас никогда не было конфликтов на национальной или межконфессиональной почве.

Мы всегда находили общий язык друг с другом. И то, что произошло сегодня, — я уверен, привнесено в Харьков извне.» Откуда «извне», правда, из заявления Г. Кернеса — непонятно...