Вне времени и пространства

Стараюсь ничему не удивляться, все принимать. И все же недоумеваю, когда вижу сообщения крупные кинокомпании приостанавливают прокат своих блокбастеров в России, дирижеров и режиссеров снимают с их постов, а кто-то покидает их сам, отменяют гастроли, запрещают участие в фестивалях...

Несогласие выражают попыткой создать искусственную изоляцию культуры нашей страны. Но разве это возможно? Ведь сказки народов мира, классические произведения на разных языках, из разных периодов, современные веяния и тренды уже впитались в искусство России, обогатили его, получили свое преломление и осмысление. Как и творчество наших поэтов, писателей, музыкантов, танцоров повлияло на культуру мира, стало его частью. И этого не отменить. Впрочем, я понимаю — речь не о том.

Но не принимаю того, о чем она. Для меня культура и искусство всегда были выше и больше, масштабнее сиюминутного и быстропреходящего. Я верю — их нельзя смешивать с политикой. Потому что подлинное искусство неизбежно обращается к общечеловеческому. Не зря говорят, что музыка понятна всем. Но ведь не только она.

Если запустить киноленту на чужом языке без субтитров или немое кино — кто что чувствует, ясно без слов. Если прочесть книгу, созданную носителем иных традиций, вероятно, что-то в ней отзовется, окажется знакомым даже спустя века на другом континенте.

Почему? Потому что искусство — это реальность, пропущенная через фильтры души творца. И в нем цепляет, вызывает отклик, впечатляет лишь то, что способен воспринять зритель или слушатель сам, что узнаваемо для него.

Вот и выходит, что в слепой зоне остаются мелкие несущественные различия, а в душу попадает главное, основополагающее. Я смотрела «Титаник» давно и не вспомню, какая форма была у колье — сердца или овала, но