Страсти по «мертвой красавице»: Телевизор не нашел эротики в кейсе с частушкой

Сергей Митрофанов Тяжелая дипломатия Ключевой эпизод недельного периода - визит в Москву президента Франции Эммануэля Макрона, который олицетворяет собой большое европейское государство с самостоятельным видением мировой диспозиции. Очевидно, г-н Макрон собирался следовать традиции французской дипломатии и выступить посредником между закусившими удила Россией и США и тем самым снискать себе личный успех. Но визит не задался, поскольку политического потомка великих императоров усадили за длиннющий стол, на противоположной стороне которого, вдалеке, в аберрации зрения Макрона, лишь слабо виднелся российский лидер.

И, видимо, нужно было сильно напрягаться, чтобы его расслышать. А тут еще, объясняя ситуацию на совместной пресс-конференции, российский визави воспользовался речевым образом, смысл которого оказался слишком неожиданным и для французского переводчика в ухе Макрона, и надо думать для самого г-на Макрона, который не имел возможности переспросить и проконсультироваться, что бы это значило. Российский лидер рассказал ему и широкой публике про злоключения некой красавицы, которой предписывалось терпеть, несмотря на то, что с ней делали.

(Что делали, впрочем, не уточнялось.) В ответ президент Макрон не нашел ничего лучше, чем застыть с иронической полуулыбкой, очевидно, в надежде разобраться в этом образе потом. Но на этом приключения французской дипломатии в славянском мире не закончились. Стремительно переместившись затем от Путина в Киев к Зеленскому, чтобы рассказать про свои переговоры с Путиным, Макрон опять встретился с «красавицей» - на этот раз в интерпретации украинского президента.