«Позорище Театральной площади»: чем шокировал москвичей главный «фрик» Советской России - Русская семерка

Это сегодня эпатажем сложно удивить. А в 20-е годы прошлого столетия советская интеллигенция кипела от возмущения, читая о новой выходке Владимира Гольцшмидта. Он то устанавливал памятник самому себе, то шокировал прохожих прогулкой по улице в костюме Адама, давал советы, как правильно жить, и с завидной регулярностью «во имя солнечных радостей» разбивал о голову доски.В середине апреля 1918 года прогуливающиеся по скверу Театральной площади в Москве с удивлением наблюдали, как атлетически сложенный молодой человек симпатичной наружности подкатил к центральной клумбе санки с фрагментами гипсовой фигуры.

Затем он разровнял талый снег и поставил в центр клумбы сначала подставку, на нее – гипсовый торс, а сверху – голову.Любопытным зевакам молодой человек сообщил, что они стали свидетелями установки «временного памятника гениальному футуристу жизни Владимиру Гольцшмидту». Тем, кто впервые услышал это имя, молодой человек пояснил, что Владимир Гольцшмидт – первый русский йог, который призывает всех «к солнечной жизни». «А теперь, – сказал юноша, – я прочту его стихи».

И начал декламировать строки, которые воспевали «гения XX века» (пунктуация автора сохранена):Свой памятник протест условностям мещанства Себе гранитный ставлю монумент. <…> Не жду от общества закладки При жизни памятник кую.Среди оторопевшей публики раздались жидкие аплодисменты. Но нашлись в толпе те, кто знал «футуриста жизни».

Раздался возмущенный возглас: «Так ты ж и есть Владимир Гольцшмидт!». Толпа начала негодовать. Кто-то выхватил у «гения» лопату и стал неистово бить по скульптуре.