Пионтковский: Путин в ситуации, когда неизвестно, кто сильнее его ненавидит: 15% оставшихся либералов или 10% откровенных фашистов, поддерживающих Пригожина

– Андрей Андреевич, добрый вечер.– Добрый вечер, Дима.– Я не знаю, можно ли говорить "добрый вечер". Уже почти год варварской, безобразной, бесчеловечной войны, а мы все говорим "добрый вечер". Значит, мы оптимисты, наверное? Как вы считаете?– Мы говорим "добрый вечер", потому что солнце украинской победы уже встает над миром.– Мне уже где-то в октябре прошлого года казалось: еще пару месяцев – и додавим. Но все еще продолжается. И мы ждем 23–24 февраля. Мы же знаем, что Путин склонен отмечать "праздники" и годовщины. Как вы считаете, что будет 23–24-го? Готовиться нам к чему-то серьезному?– Мне кажется, что более важное будет 21–22 февраля.

Будет, используя молодежный сленг, батл между лидерами добра и зла: между президентом Путиным, обращающимся к своему так называемому Федеральному собранию и митингу быдла, собранному за 500 рублей, и выступлением лидера свободного мира Байдена в Варшаве в тот же день. Не случайно, я думаю, эти даты совпали. Во всем мире последнюю неделю-полторы нарастает ощущение, что мы, используя знаменитую формулу Цвейга, живем в звездный час человечества, в решающий момент истории.

Эту формулировку первым использовал Байден в послании Конгрессу. Он сказал, что российско-украинская война – это основное мировое событие XXI столетия, определяющее весь его ход. И эту формулу в разных вариантах повторяли многие лидеры.