Первые жертвы спецоперации. Из кого и как власть фабрикует «организаторов беспорядков»

 «А потом „Беркут“ с ними фотографировался, как охотники с животными. Ставили на них ноги, позировали...» Штурм Администрации Президента инкриминируют пяти ребятам, случайно оказавшихся не в то время и не в том месте… Им грозит от 5 до 8 лет тюрьмы.

23-летний Николай Лазаревский, учится на архитектора-дизайнера. Юрий Болотов — экс-директор «Океана Эльзы», отец двоих детей. 32-летний Александр Остащенко — инженер, отец малышки. 31-летний Сергей Нужненко из Кировограда. Валерий Гарагуц — известный днепропетровский журналист и общественный деятель, основатель днепропетровской газеты «ЛИЦА». Между собой эти люди не знакомы.

Но есть кое-что, что их объединяет. Каждый из них 1 декабря пришел на Майдан, случайно попал на Банковскую — в эпицентр столкновения между «Беркутом» и радикально настроенными протестующими, — и сейчас все они находятся в больнице и под арестом. Им инкриминируют статью 294 Уголовного кодекса Украины, часть первую — «Массовые беспорядки».

Сегодня в Шевченковском райсуде (ул. Смирнова-Ласточкина, 10 ) состоялся суд, на котором определили меры для задержанных. Всего, по словам адвокатов задержанных, им хотели инкриминировать именно организацию массовых беспорядков. Но потом решили — что они все-таки участники. В Интернете есть видео, где четко видно, как «Беркут» беспощадно бьет Александра Остащенко, и видео, где бьют Николая Лазаревского, и они не оказывают сопротивления.

Накануне суда мы приехали в Городскую клиническую больницу скорой медицинской помощи, где в отделе токсикологии удерживают всю пятерку задержанных. В темных грязных коридорах нет даже стульев. Родственники и друзья пострадавших ходят по пустым коридорам, стоят, опершись на облезлые стены, или сидят на полу. Некоторые из них здесь уже целые сутки — не спали, не ели.

За это время ни одному из них не позволили увидеться или поговорить с задержанными родными. В коридоре тихо. У металлических дверей, ведущих в спецпалату, которую родственники успели окрестить «больничной тюрьмой», стоят двое милиционеров. Еще несколько — внутри, за дверью.

Видимо, караулят, чтобы жестоко избитые люди, с поломанными руками, разбитыми головами внезапно не убежали. Спрашивают, кто мы и почему пришли. Через несколько минут в коридор подтягивается еще один милиционер с резиновой дубинкой на поясе. За металлическими дверями работают следователи и адвокаты — много часов подряд.

У каждого, кто стоит в коридоре, своя история о том, как они искали своего мужа...