Пастухов: «Я хочу сохранения такой России, от которой соседями не надо закрывать двери на три засова»

Я понимаю украинцев, многие из которых сегодня мечтают о том, чтобы Россия — источник зла и боли для них — перестала существовать, испарилась, улетела куда-нибудь на Луну, пишет российский политолог Владимир Пастухов.

Я мог бы при желании представить дело так, что я пекусь о самом человечестве — мол, «ядерный Афганистан» размером с континент никому не добавит покоя, а хуже русской диктатуры может быть только русский хаос, — но я не буду лукавить. Я просто скажу, что не хочу распада России, потому что я — русский, потому что русская культура — это моя культура и потому, что я говорю и думаю на русском языке. Нет, я не фанатею от слова «русский», многое в русской истории вызывает у меня чувство сожаления и стыда, но не все. Есть и то, что я не готов зачеркнуть и что заслуживает продолжения. Я желал бы, чтобы Россия существовала как цивилизация, как общество и как государство несмотря и вопреки всему тому, что она сегодня творит. Но я хочу, чтобы это была другая Россия — сосредоточенная на себе и никому не угрожающая, живущая не по понятиям, а по законам, человеческим и божеским. Я хочу сохранения такой России, от которой соседями не надо закрывать двери на три засова. Однако дело не в моих желаниях. Вопрос, на который мало у кого сегодня есть ответ, заключается в том, возможна ли другая Россия. Могут ли российская культура,