"Осталась только шуба". Один день в центре для беженцев глазами волонтера

Утром я опоздала к началу экскурсии и инструктажа, пришла к распределению обязанностей. Кто-то остается у входа, кого-то распределяют стоять на этажах показывать направления, кого-то командируют на кухню.

Волонтеры — очень разные, и молодежь, и люди среднего возраста. Больше женщин, чем мужчин.

Им выдают бейджики, куда надо вписать имя, и футболки с надписью "Рига", красные и черные, есть несколько человек в белых майках с надписью Rīga sporto — кажется, это те, кто волонтерит с первых дней, и больше таких маечек не дают.Сначала меня отправляют к стенду негосударственных организаций, которые помогают беженцам — но там говорят, что помощь не нужна. Иду назад к Майе."Так, может, мне поставить тебя следить за тем, чтобы на кулерах не кончались стаканчики, а в детской комнате памперсы?" — вслух думает она.Иду за ней, доходим до детской комнаты, где она оставляет двух девочек-волонтеров и горсть мелков для рисования.

Идем дальше, проходим мимо кабинета, где оформляются визы."Вам нужна помощь?" — спрашивает она у волонтера возле входа."Ну, в принципе, да"."Тогда объясните ей, что делать".Парень в черной майке с надписью "Рига" вручает мне телефон, на котором открыто приложение, в котором можно следить за электронной очередью."Так что нужно делать-то?" — спрашиваю я его по-латышски."Я не говорю по-латышски", — отвечает он по-русски. Читаю надпись на бейджике — Anatolii, именно так, с двумя i."Ты не местный?""Я из Киева"."В смысле, приехал как беженец и решил стать волонтером?""Ну да, у меня все хорошо тут, я уже нашел работу, начну работать через неделю, а пока хочу помочь своим"."Ну, в общем, я просто спросила, что мне нужно делать"."Смотри, вот тут на телефоне появляется номер, когда кто-то подходит с таким номерком,