Неотвратимая угроза для России

Леонид Ивашов, Михаил Ходаренок): как они считают, никакого блицкрига или крымского "парада" образца 2014 года сейчас быть уже не может, а вот "груза 200" — сколько угодно.Однако помимо рискованного для России полномасштабного сухопутного вторжения (как в сторону Харькова, так и на Киев — со стороны Беларуси), могут быть задействованы и иные, более вероятные сценарии: (2) спецоперации на территории Украины; (3) точечные ракетные удары по украинским военным объектам и объектам критической инфраструктуры; (4) атаки со стороны моря на Одессу, Николаев, Херсон, Мариуполь; (5) масштабная торговая война. Впрочем, сам факт неопределенности публичной позиции Кремля — на фоне концентрации военных сил на границе — тоже может считаться формой гибридной агрессии: это ведет к психологическому выгоранию украинского общества, к бегству из страны иностранного капитала, к обвалу экономики.

Хотя вместо паники в Украине пока наблюдается стоическое согласие с неотвратимостью судьбы (среди гражданских) и героическая решимость (среди военных и добровольцев территориальной обороны), а психологический барьер в виде недопустимости стрелять в россиян на поражение остался где-то в далеком 2014 году.Примечательно, что решение о возможном начале военной операции принимается не коллегиально — не в Политбюро ЦК КПСС, как это было по поводу Афганской кампании 1979 года, а единолично президентом РФ — исходя из его субъективных представлений о справедливости, о добре и зле, о месте России в мировой истории, о "предательстве" Запада и "коварстве" НАТО. Сама ситуация, когда не только мир в отдельном регионе, но и жизнь на Земле как таковая зависит от политического решения одного-единственного человека, когда через короткую цепочку следующих за этим