«Не знаю, кто в скором будущем будет лечить белорусов»

«Отражение», что и почему с ними случилось и что происходит в системе здравоохранения в целом.«Нам пришлось выбирать: или отдать накопленные деньги, или потратить их на ЭКО»«Когда мы увольнялись в конце ноября, еще даже не знали, что такое есть в нашей стране. А потом стали слышать отовсюду: там увольняют, еще и еще где-то», — вспоминает Ксения (имя изменено по просьбе героини).

История этой девушки и ее мужа, фельдшеров скорой помощи одного из райцентров, начиналась так же, как и у других: руководство объявило, что поступили списки на увольнение, предложило уйти «по соглашению сторон», иначе нашелся бы повод и в трудовой книжке могла бы появиться неприятная запись. Ксения понимает: увольнение связано с политикой.— Практически все время, пока были протесты, мы работали и попали только на две акции.

Даже когда приезжала Тихановская, мы не смогли приехать на площадь, а голосовать [на выборах] ездили после ночной смены. Никаких доказательств, что мы где-то участвовали, нет, но мы боялись, что нас подставят, и решили не портить трудовую, написали эти заявления, — говорит Ксения, причем на протяжении всего разговора ее голос дрожит от накатывающих эмоций.Ситуация осложнялась тем, что район, в котором работала пара, относится к пострадавшим от последствий Чернобыльской катастрофы.

Семья переехала туда пару лет назад по контакту на пять лет, в этом случае медработникам единовременно выплачивают 200 базовых величин. Из-за увольнения фельдшерам приходится возвращать сумму за два года, которые отработать по этому контракту они не успели, это почти 9 тысяч рублей на двоих, говорит Ксения.— Мы немного поспешили, нужно было писать заявление не по соглашению сторон, а в связи со сменой места жительства — так бы нам не пришлось