Не сломано – не чини. Почему Кремль закрывает глаза на проблему Кадырова и Чечни

Для начала, стоит ответить на вопрос, который непременно возникнет и в комментариях, и в личке, среди моих особо нервозных друзей: не страшно ли писать о Кадырове? Вообще нет. Наша система, самым парадоксальным образом, такова, что бояться в ней бессмысленно. Вот все те “красные линии”, “двойные сплошные”, о которых так любят порассуждать - они ж сугубо воображаемые.

Прилететь может за что угодно, не прилетать может за что угодно. Сколько-то публичный разговор, на любую тему, потенциально несет угрозу, со стороны государства ли, со стороны вольных операторов насилия ли. Если хотите вполне себя от проблем уберечь - пишите на листочке в темной комнате и тут же жгите в камине, но обязательно дотла, потому что при обыске ж найдут.

К делу. Моя фантазия. Чистая, основанная только на том, что существует публично, фантазия, говорит мне, что отношения федерального центра с Кадыровым устроены по принципу: don't ask, don't tell (англ: не спрашивай – не говорю).

Российского гражданина, в электорально значимом количестве, не волнует ничего из того, что творится южнее Ставрополя и восточнее Сочи. Оттуда не идут гробы в центральную Россию, на Урал, в Сибирь и на Дальний Восток - это мы считаем большим достижением первого срока, не собираемся отказываться и готовы платить сколько надо. Хочешь править территорией с ВРП на душу $1 800, как в Анголе, а образ жизни вести как у шейха Катара - дай тебе бог здоровья.

Разборки с местным населением, с соседями, реставрация раннего средневековья - все это твои проблемы, нам официально до них нет дела, мы о них не спрашиваем. Взамен - держи, будь добр, все это внутри, внаружу - в федеральные новости, не пускай. Мы не спрашиваем тебя, мы не хотим чтоб спрашивали нас.