Не наше будущее: почему фантасты так часто ошибаются

Matrix — серия подкастов от ForkLog, в которой мы разбираемся, как трансформируется цифровая среда с приходом технологий VR и дополненной реальности, и говорим о метавселенных с первопроходцами: бизнесменами, исследователями и философами. В этом выпуске филолог Артем Зубов рассказывает о научной фантастике, воображении будущего и его пределах.

Обложки журнала Fantastic, 1960 год. Источник: Cover Browser.1. Интереснее смотреть не на то, что фантасты предсказали, а на то, каких «слонов» они пропустили. Например, компьютеры, а точнее тенденция к их миниатюризации. Если мы обратимся к научной фантастике 1940–60-х, то ЭВМ там становятся все больше. Вспомним известную новеллу Артура Кларка «Девять миллиардов имен Бога». Там компьютер — гигантская громадина, способная к самым сложным вычислениям, которой задают фундаментальные вопросы бытия. Или канонический рассказ Харлана Эллисона «У меня нет рта, но я должен кричать». Там суперкомпьютер размером с планету. В реальности все оказалось ровно наоборот. 

Еще один «слон», о котором фантасты не очень много думали, — интернет. Глобальные коммуникации часто принимали форму сложных технологий с использованием объектов, похожих на рацию; некоторые авторы задумывались о телепатии. Но идею всемирной информационной сети почему-то описывали редко. 

Также фантасты склонны изображать технологии так, будто они последовательно сменяют друг друга. Хотя мы знаем — чаще происходит то, что культуролог Генри Дженкинс называет конвергенцией: старые и новые технологии сосуществуют. В мире, где машины летают, по-прежнему есть и лошади. 

Но самое интересное слепое пятно — то, что писатели-фантасты практически не рефлексируют искусство и культуру, включая, собственно, саму литературу. Получается, они