Наше самое сложное испытание

Юрий Андрухович Писатель, вице-президент Ассоциации украинских писателей Ни одно общество тех стран, где сейчас идет война, не находится на таком уровне саморефлексии, как украинцы. Мы показали себя как чрезвычайно сознательные и мыслящие Мне казалось, что я уже был достаточно удивлен нашим обществом в предыдущие годы, когда, скажем, оно выходило на Майданы или в 2014 году, в начале этой войны. Уже тогда наметились эти вещи, например, с волонтерством, с невероятной активностью, с самоотверженностью многих наших людей.

Но, конечно, эта большая война требует всего этого в десятикратных, многократных измерениях.Мне вспоминается, я был в последний раз в Киеве перед войной где-то 19−20 февраля. А до этого в течение января-февраля несколько раз ездил в Киев, где на студии записывали аудио-книгу моего романа «Радіо Ніч». И каждый раз меня поселяли в одном и том же отеле, что рядом с железнодорожным вокзалом.И когда я там был 19−20 февраля, а тогда уже чувствовалась напряженная атмосфера, то обратил внимание на то, как по сравнению с январем в отеле стало меньше людей и фактически почти не встречаются иностранцы.

Если в январе они в этом отеле преобладали, и я больше слышал английский или итальянский языки, то в этот раз обратил внимание на то, что постояльцы отеля и персонал общаются между собой на украинском языке. Чего тоже не было еще в январе.Благодаря своему расположению этот отель (если мы говорим об украинских жильцах, прибывающих в Киев на железнодорожный вокзал) может отражать такую среднестатистическую Украину. Поэтому я подумал, что переход на украинский язык это такая форма не то чтобы протеста, а самозащиты.