«Меня просили оформить прописку, а отобрали дом» - Новости Воронежа

Не закрывайте страницу, увидев фотографию «очередной старушенции». Евдокии Алексеевне Булгаковой из аннинского села Дерябкино (можно просто бабе Дусе) 87 годков, но рассуждает здраво и складно.

Почему эту длинную статью нужно прочитать каждому? Поточу что «а» — то, что случилось с бабой Дусей, может случиться с каждым, у кого есть жильё, и «б» — в этой истории очень харАктерную роль играет государственная машина, от МФЦ до полиции и суда.

Садитесь удобнее: сейчас будем рисовать схему законного способа отъёма жилплощади.

— Бабушка Дуся мне троюродная, в мае этого года я приехала к ней в гости, — рассказывает жительница Воронежа Людмила Миляева. – Бабуля попросила: посмотри, до которого у меня Поляковы* прописаны. Она слепая, не видит даже в больших очках. Открываю папку с документами… Баб Дусь, говорю, ты зачем им дом продала?! Вот – договор купли-продажи за май ещё 2018-го, 150 тысяч рублей. Бабушке дурно сделалось. Не продавала, денег не получала, только прописку им сделала, потому что очень просили – и всё!

… Что может быть удивительного в селе Дерябкино, не считая названия? В селе, где семь улиц, два переулка, и которое за последние 18 лет вымерло в полтора с лишним раза, так что даже официальная цифра в без малого 500 жителей вызывает сомнения?

Мост. Деревянный гамак над сморщенной речкой.

— Давай за нами!

Извозчик чего-то, похожего на корыто с мотором, показывает нам самый безопасный участок. С его пассажирки (в кадре алкогольная и табачная продукция как часть художественного замысла) можно ваять статую спокойствия. И наша «Лада» ощупью ступает на этот «мост»…

А теперь в Дерябкино случилась невероятное: баба Дуся с Советской улицы под свои 90 лет вздумала судиться с бывшими квартирантами – семьёй Поляковых. Илье и Наталье по 54 года, коренные луганчане. На Родине гражданская война, а в чудном «подворонежье» у Ильи – два двоюродных брата. И если тысячи донбассцев бежали от бомбёжек в Россию фактически в никуда, то Поляковы ехали почти домой. Кроме Ильи и Натальи – их дочка с мужем и ребёнком, чуть позже – взрослый сын. Итого шесть человек.

Дом Евдокии Алексеевны, к которому мы пробирались через инфернальный мост, — картинка из доброго русского деревенского. Полинявшая деревянная изба с резными наличниками, высоким порожком и крохотными сенями, заменяющими «летнюю веранду...