Костин вместо Венедиктовой. Доволен ли Вашингтон нашей борьбой с коррупцией

Назначение Андрея Костина на пост генпрокурора можно обсуждать с разных сторон. Но чтобы понять смысл этого кадрового решения, нужно осознать прежде всего тот факт, что оно знаменует новый поворот в отношениях Киева и Вашингтона. И каким будет этот поворот — к лучшему или к худшему, — зависит от того, кто и какие задачи будет ставить перед Костиным.

Нравится нам это или нет, но Украина сейчас является объектом американской внутренней политики. 8 ноября в США пройдут выборы Палаты представителей и трети Сената. И одной из горячих тем предвыборной кампании уже стал вопрос об эффективности многомиллиардной американской помощи Украине. Ближе к ноябрю эта тема, конечно, станет еще горячее. Именно поэтому для Белого дома принципиально важно, кто у нас генпрокурор, кто у нас руководитель Специализированной антикоррупционной прокуратуры (САП) и кто у нас директор НАБУ.

Весьма показательная дискуссия развернулась 26 июля на брифинге спикера Госдепартамента Неда Прайса. Значительную часть брифинга Прайс был вынужден посвятить ответам на вопросы о смене генпрокурора в Украине, об украинской коррупции и о до сих пор не назначенном руководителе САП. То есть в США уже есть целый ряд журналистов, которые освоили эту тему.

Примечательно и то, что Прайс, комментируя смену генпрокурора Украины, сам сразу же перевел разговор на тему украинской коррупции. "Помимо внешней угрозы со стороны России, Украина продолжает сталкиваться с другой угрозой своему долгосрочному успеху, а именно с коррупцией, — подчеркнул спикер Госдепа. — Война России против Украины представляет собой внешнюю угрозу, но коррупция представляет собой внутреннюю угрозу. А угроза, которую представляет коррупция, может разъедать демократию, суверенитет и свободы, которые