Как теневой финансист Юрий Зинкин вновь очутился в эпицентре бизнес-семейного скандала

03 февраля 2022 г.

Петр Погибин

(function(w,doc) { if (!w.__utlWdgt ) { w.__utlWdgt = true; var d = doc, s = d.createElement(‘script’), g = ‘getElementsByTagName’; s.type = ‘text/javascript’; s.charset=’UTF-8′; s.async = true; s.src = (‘https:’ == w.location.protocol ? ‘https’ : ‘http’) + ‘://w.uptolike.com/widgets/v1/uptolike.js’; var h=d[g](‘body’)[0]; h.appendChild(s); }})(window,document);

Пресненский районный суд все-таки лишил родительских прав родителей девочки, которая около шести лет находилась в перинатальном медицинском центре «Мать и дитя». Эту девочку мало кто видел в лицо, а в публикациях ее именуют литерой «С».Формально об «С» и о том, что с ней произошло, не имеют права говорить те, кто принимал участие в появлении на свет «литерного ребенка». То есть — и сотрудники, и создатель сети клиник «Мать и дитя» Марк Курцер, участвовавшие сразу в нескольких судебных тяжбах, где решалась судьба «С». С момента рождения девочка находится в клинике и не может покидать «Мать и дитя». Стоимость содержания «С» в палате — около миллиона рублей в месяц (с питанием и медицинским сопровождением), оплачивают биологические родители. Те самые, которых суд лишил родительских прав.Четвертый ребенок«С» — четвертый ребенок в семье, у нее есть три брата, родившихся, соответственно, в 2003-м, 2008-м и в 2011-м. Все они живут с матерью Татьяной Максимовой и обучаются на дому. По слухам, их не выпускают на улицу, опасаясь аллергической реакции. Но такие ограничения, конечно, не могут сравниться с теми, под которые попала девочка Максимовой. Эти ограничения наложила сама мать, которая решила, что ее дочь, скажем так, не является полноценным человеком. Как поясняла в 2019 году адвокат Максимовой Ольга Лукмановова: «По личным подсчетам