«Как сюда попал, так и начал рисовать»: о доме интернате в Шубино

Полдень. Лесной воздух наполняет лёгкие. Дом-интернат «Шубино» в километрах 30-ти от Гомеля, тихое место на берегу реки. Директор РУП «Кинотавр» Николай Старостенко открывает багажник...

Входим в обычное кирпичное здание в три этажа. В холле людно и тихо, кто-то сидит на диване, некоторые — в инвалидных колясках. Смотрят телевизор.

— Откуда к нам?

— Из Гомеля, с подарками… Как жизнь?

— Помаленьку…

Гостей здесь любят. С нетерпением ждут концертов — развлечения им кстати. Пожилые — самые благодарные зрители: удивляются и восхищаются, как дети. Недавно директор РУП «Кинотавр» Николай Старостенко им фильм показывал. Так плакали.

— Я тогда в первый раз здесь был. Эмоции — вплоть до шока, — Николай Петрович ставит на пол пакеты с настольными играми, книгами, полезными вещами. Сотрудники помогают заносить упаковки памперсов — эти вещи здесь нужны как воздух. — Понимаешь — да, так сложилась у них жизнь. Но трудно принять… Уже тогда всем коллективом решили взять интернат под опеку.

Мы — журналисты — тоже здесь не впервые. С проектом «Брадобреи» мы ещё зимой побывали в трёх домах-интернатах — в Васильевке, Дуяновке и Шубино. О судьбах 15-ти мужчин рассказывала фотовыставка на окнах нашей газеты. С проекта началось знакомство с этими интернатами некоторых спонсоров. В том числе и РУП «Кинотавр».

В интернате можно жить постоянно или временно. Есть и узник концлагеря. Заботятся о подопечных 72 работника, делают всё, чтобы они не чувствовали одиночества. Кормят четыре раза в день, следят за здоровьем, развлекают кружками. Проживающие ухаживают за растениями и животными в подсобном хозяйстве. И молятся в церкви Святой Матрёны Московской. Их духовному отцу — священнику Сергию — непросто: он исповедует людей с тяжёлой судьбой.

— Особенно трудно лежачим и колясочникам, — вздыхает Юлия Дятлова, сопровождающая нас. — Пандусы есть. Есть спуск в столовую, на первом этаже два спуска — по правое и по левое крыло. За территорией с улицы есть пандус. Мы сделали ещё один с центрального входа. Но здание старое — всё же безбарьерка здесь не преду­смотрена.

Людей в интернате расселяют так: на первом этаже живут совсем слабые, лежачие — их 50 человек. На втором — ослабленные, но которые могут передвигаться. Хотя чаще и они сидят в комнатах. На третьем — те, кто ходит.

Проблема в том, ч...