Как хлебом-солью в сентябре 1939-го встречали Красную армию жители деревни Крынки Кореличского района

В преддверии Дня народного единства вспомнила о дневнике моей бабушки, детство и юность которой пришлись на «польскі час». Перебрала домашнюю библиотеку: Янка Брыль, Вячеслав Адамчик, Максим Танк… Среди героев их произведений вижу загорелых под палящим летним солнцем сельчанок, задумчивых и немного потерянных матерей-старушек, вопрошающие взгляды школьников-подростков, представителей многих других слоев общества, разделенного по Рижскому мирному договору в 1921-м. В запечатленных художниками образах как будто застыл вопрос: кто мы и что с нами будет завтра?  Простым карандашом на бумаге рисую портреты белорусов, проживавших в западных регионах в 1920—1930-х: темные хаты, грустные глаза мужчин и женщин, их натруженные от постоянной работы руки...

Герои рисунков — мои прабабушка, прадед, их четверо детей. Расцвет их жизни пришелся на время, когда Западная Беларусь находилась под властью польского государства. Кто знает, как сложилась бы судьба их семьи, если бы не крутые водовороты истории.Разорванные нити Прабабушку свою никогда не видела.

О том, как она выглядела, могу судить только по фотографии на ее памятнике. Еще несколько пожелтевших от времени снимков в семейном альбоме.  Феофания Кузьмич (до замужества Станкевич) родилась в 1903-м. Окончила три класса церковно-приходской школы, хорошо училась, мечтала стать артисткой.

Но все планы перечеркнула Первая мировая война.  Деревня Крынки, да и в целом Кореличский район, в 1914 году оказалась на линии фронта. Местное население было эвакуировано, в том числе и семья Станкевичей. Вернулись домой крынчане только в 1921-м.