«Если открыть окно — телевизор не слышно»

Антон Рудак, который живет в одном из домов по улице, названной в честь руководителя Минского антифашистского подполья, а не писателя, как думают многие. Realt побывал в атмосферных дворах на Короткевича и пообщался с жителями.Здесь особенно ощущается весна. Подъезды тонут в деревьях, в тени над входной дверью — целый рядок разноцветных звонков, а на солнце, на доске объявлений, предлагают квартиры в Минск Мире «по очень вкусной цене».

Во дворах спокойно, но с ощущением жизни. Не хватает только развешенного после стирки белья и соседа под капотом машины. Вместо него — женщина, которая занимается цветами под окнами дома.— И зачем я ввязалась в эту ерунду? — показывает на цветы, но старательно продолжает.

— Высадила лет пять назад, а теперь мучаюсь и бросить не могу. Растение живое — как-то неудобно мне перед ним. Кто-то любит собак и кошек, а я вот, к несчастью.

Это же требует постоянного ухода, а здоровья нет. От соседей мне спасибо не надо, а вот если бы помогли… Но они умные люди, не ввязываются во всякую ерунду.На детской площадке на качелях сидит женщина. Зовут Татьяна.— Очень хорошо здесь: рядом есть магазины, кафе, — рассказывает она о своем районе.

— Но если бы пришлось выбирать, то я бы с удовольствием пошла в новостройку. Мы в конце 60-х приехали сюда, тогда в доме сделали капремонт, а больше я что-то и не помню, чтобы что-то ремонтировали. В квартирах у нас тепло, но коммуналка у меня в трехкомнатной выходит 80−100 рублей.«Пано на фасадзе дома подчас капрэмонту замазалі тынкоўкай»Дом, в котором родился историк Антон Рудак, послевоенный — его построили в 50-х.— Кажуць, будаваўся ён як адміністрацыйны, а пасля тут пачалі даваць кватэры супрацоўнікам аэрапорта і авіярэмонтнага завода.