Добить рядового Путина. Почему нужно помогать с выведением капитала из России

"Медовый месяц" нефтегазовой отрасли России и страны-террориста в целом закончился. Да, высокие цены на нефть и газ в 2022 году позволили Москве получить сверхдоходы от экспорта энергоносителей – рекордные с 1995 года $383,7 млрд. Однако эти сверхприбыли бешеными темпами съедает война и хоть как-то компенсировать расходы Кремлю не удается именно благодаря санкциям.

Режим Владимира Путина, решив развязать самую масштабную со времен Второй мировой войну в Европе, из-за отсутствия достоверной аналитики не ожидал такой консолидированной и масштабной реакции Североатлантического сообщества, которая начала работать над новыми жесткими санкциями в отношении России сразу после включения квази-республик "ДНР" и "ЛНР" в состав РФ 22 февраля 2022 года. Уже тогда Соединенные Штаты, Великобритания и страны Европейского союза начали соответствующие дискуссии, а когда Россия осуществила полномасштабную инвазию в Украину два дня спустя, столкнулась с беспрецедентными последствиями непровоцированной войны. Уже через считанные недели российская экономика оказалась практически отрезанной от всего мира: были введены ограничения на финансовые операции, импорт сырья, экспорт крупной группы товаров и услуг, золотовалютный резерв заморожен, запрещены инвестиции в страну. Все эти меры были ориентированы на лишение России средств на продолжение войны.

Параллельно с этим главный покупатель российских энергоносителей – Европа – начал и удачно закончил перестройку цепочек снабжения под новых импортеров нефти и газа. Как следствие, к концу 2022 г. импорт РФ сократился в 8 раз. Если до вторжения доля российской нефти в Европе составляла 33%, то в декабре 2022 года — только 4%. Наибольшими импортерами нефти в ЕС стали США (18%) и Норвегия (17%).

Аналог