Диссидент Сергей Середенко прислал на волю письмо из эстонской тюрьмы

«Теперь меня отдали под суд и в связи с этим сняли запреты. Надолго ли — не знаю, и пользоваться этим счастьем в полный рост мне пока сложно — как ты понимаешь, у меня в камере нет ни телефонной, ни адресной книжки.

Телефон приносят раз в неделю на 30−60 минут, в зависимости от настроения „телефониста“. Открывают „кормушку“ в двери и ставят туда проводной телефон.

Шнура хватает на то, чтобы подтянуть его к стулу. Подтянуть стул к телефону нельзя — он привинчен к стене.

Мудрые люди просто снимают со шконки матрас и кладут его рядом с дверью. Звонят лежа.

Адрес с твоего уничтоженного письма я списать не догадался (все происходило быстро, как у наперсточников на вокзале), и был уверен, что у меня его нет. Но потом подумал еще раз — и вуаля!