Бросай мундир, пошли домой!

Джеймса Скотта, который делит народы на периферийные и равнинные.Этническая идентичность в полном смысле этого доступна только периферии - собственно, они используют ее как основу для коллективного действия, позволяющего избегать государственной власти. Тогда как идентичность равнинных, государственных народов - это максимальная унификация.

Чтобы стать ханьским китайцем, достаточно было принять ханьский культ предков, но главное - перейти на поливное рисоводство и платить налог.Аналогично и с русскими: русский - тот, кто платит подушную подать и поставляет рекрутов в армию. Поэтому из русских чаще старались бежать и выписываться: в казаки, сибиряки, старообрядцы, поморы и т.д.

Оно и понятно: быть народом-пушечным мясом - это вообще такое себе удовольствие.Конечно, можно вспомнить, что "этническая культура" была представлена в театрах и фольклорных ансамблях, на каком-нибудь "костюмированном балу 1913 года". Но это аргументы в копилку того же тезиса: этническая культура была унифицирована сверху и ей было отведено строгое место в рамках идеологической подкладки "государственного национализма".

Для людей, которые в остальное время носили военный или гражданский мундир.И совсем другое дело - это пересобирать этническую культуру, как нечто предназначенное для повседневности, а не для подмостков Большого театра. Это уход от роли народа-мундира, движение в сторону народа, который, наконец-то, сам формирует собственную идентичность.