Запомнить всё. Когда иранские дроны окажутся в музее Булгакова

Преступления, совершаемые против украинского народа, возмущают не только украинцев, но и ту часть человечества, которая еще способна отличать ложь от правды и зло от добра. Что, конечно, радует, и, отчасти, утешает.

Но факты, не ставшие личной трагедией, вскоре забываются. Преступники начинают говорить, что "не все было однозначно", и не столько уж страшно. Что их неправильно поняли, и они ни на кого не нападали. Что вообще не было никаких преступлений, как уже говорит о Буче, Ирпене и Гостомеле русская пропаганда.

Самое страшное, что многие готовы поверить этой лжи. Это понятно: кто вспомнит уже через неделю о погибших сегодня? Пока о четырех, или пяти – с учетом того, что среди них была женщина на шестом месяце беременности, хотя, возможно, их больше. Кто вспоминает о погибших в феврале, марте, апреле, если это не коснулось их лично? О тех, кто каждый день гибнет на фронте, спасая нас? В лучшем случае, мы ставим сочувственный смайлик в соцсетях. 

Но память о русских преступлениях должна остаться актуальной и жгучей, пока существует Россия! Ведь наша война идет не за возврат к довоенному миру, которого уже не существует. Не за абстрактный "мир", и не за "территориальную целостность Украины в границах 1991 года". Война идет за то, чтобы Россия — этот не поддающийся излечению источник абсолютного, хтонического Зла, перестала существовать. Чтобы все русские – давайте уйдем от скользких "россиян", и назовем все своими именами, — все русские, независимо от этнической принадлежности: и просто русские, не помнящие родства, и русские буряты, дагестанцы, чеченцы, якуты, осетины, евреи, украинцы и беларусы – все, кто позволил прилепить к себе и своим предкам ярлык "русских", и соучаствовал в преступной "Российской Федерации",