Вторжение РФ | "Не осталось ничего, кроме страха и надежды". Истории тех, кто ждет своих из Мариуполя

Осада Мариуполя длится уже больше двух недель. Каждый день российская авиация сбрасывает на город около ста бомб, целясь в объекты, где скрываются тысячи человек. Официальные потери на 14 марта – 2357 человек, но реальных не знает никто.

Выжившие сидят в подвалах без света, тепла, а часто – пищи и воды. Россияне не пускают в город гуманитарные грузы, а уехать оттуда смогли лишь несколько тысяч жителей и только в последние дни.Liga.net поговорила с четырьмя людьми, близкие которых остаются в блокадном Мариуполе. С некоторыми из них нет связи с начала марта.

Это четыре истории о страхе, надежде и воспоминаниях – каким был город и жизнь в нем до 24 февраля.Наша семья – из Авдеевки. Когда в 2014 году на Донбассе началась война, я учился в университете в Донецке, а жил с девушкой в Макеевке. Мы поехали сначала во Львов, а потом в Киев.

Родители долго сидели в Авдеевке и не реагировали на происходящее. Не хотели оставлять свой дом – они долго на него работали, вкладывались. У них очень сентиментальные чувства к месту, где родились, где прошла юность.

Они говорили: "Переждем, все будет хорошо". Только когда к соседям "прилетело", они собрались и уехали. Но, как оказалось, недостаточно далеко – в Мариуполь.Я всегда любил приезжать в Мариуполь.

Во-первых, там живут мои родители. Во-вторых, там был мой любимый бар "Изба-читальня". Есть такой военный Богдан Чабан, у него был бар с таким названием в Донецке.

Первое, что он сделал, когда демобилизовался с фронта, – открыл такое же заведение в Мариуполе. Когда я был в городе, постоянно заходил туда, мы выпивали, говорили о том, что было. Мариуполь всегда нравился мне тем, что напоминал донецкую промышленность, среди которой я вырос.