Тут пришла тётя Вера... И порадовалась за «Шнобелей»

— Как всё-таки обидно должно быть математикам, что Альфред Нобель в своё время не включил математику в список, как сейчас говорят, номинаций премии имени себя, — задумчиво заметила тётя Вера, когда мы с ней отдыхали душой и телом за практически японской церемонией нашего традиционного чаепития. — Я слышал, что это произошло потому, что его жена изменила ему с математиком, — не преминул я тут же блеснуть своими энциклопедическими познаниями. — Не ты один это слышал, но почему-то мало кто слышал, что на самом деле Нобель никогда не был женат.

Так что жена, которой не было, тут ни при чём, — подняла вверх указательный палец соседка по старой учительской привычке. — Настоящая причина игнорирования математики Нобелем неизвестна, но есть несколько предположений. И согласно одному из них, просто на тот момент уже существовала премия по математике — от шведского короля.

— А чего вы сейчас вспомнили про Нобеля? До объявления новых лауреатов Нобелевской премии ещё, вроде как, далеко, — пожал я плечами. — Да это я к тому, что на прошлой неделе стали известны лауреаты «почти нобелевской» премии – Шнобелевской, — пояснила собеседница. — А, это та премия, которой награждают всяких чудаков, — поддакнул я с понимающим видом.

– А что всё-таки связывает математиков, обделённых Нобелем, и «Шнобелей»? — Да мне кажется, что у «Шнобелевской» премии тоже некоторые изъяны существуют. Например, обойдены вниманием политики или, на худой конец, политологи, — пояснила соседка. Я тактично не стал напоминать тёте Вере, что она у читателей «Обзора», вообще-то, проходит по разряду «народный политолог».