Тут пришла тётя Вера... И деликатно уточнила

— Вот мы с тобой и получили ещё одно подтверждение того, что живём не так уж плохо, — туманно заметила тётя Вера, когда вспоминали события минувшей недели. — Мы действительно так хорошо живём, что я попросил бы вас уточнить, о каком именно благе на этот раз идёт речь, — недоумённо уточнил я.

— Ну как же! Я об уличных туалетах типа «сортир», от которых мы, жители городов и автоматически – пользователи централизованной канализации, счастливо избавлены. А если бы мы жили где-нибудь в деревне, то сейчас перед нами встала бы острая проблема – отчитаться перед властями за содержимое этих самых сор­тиров и уплатить за них налог, название которому народ, как я думаю, придумает быстро, — с готовностью пояснила соседка.

— Вообще-то, деревянных домиков неизвестного архитектора хватает даже в Вильнюсе, так что это проблема не только глубинки, — заметил я, стремясь к объективности. — Я посмотрела, как намерение Министерства окружающей среды искоренить уличные автономные туалеты освещают литовские СМИ, и убедилась, что это довольно-таки серьёзная проблема.

Смешной она кажется только на первый взгляд, — сказала собеседница, явно пытаясь оттолкнуться от частного и прийти к общим выводам уже как народный политолог. — Мне кажется, что нужно напомнить: ещё в 2017 году, то есть 5 лет назад, Еврокомиссия весьма прозрачно намекнула Вильнюсу, что может не слабо штрафануть нашу страну за то, что 28% жителей Литвы до сих пор не подключены к централизованной канализации.

Иными словами, к одной из главных систем цивилизации тогда было подключено только 72% всех жителей Литвы, тогда как по директивам ЕС положено 98%, — сказал я, не собираясь блеснуть эрудицией: просто как-то готовил материал по этой теме. – И, к слову, Еврокомиссия за такое же