Туманность «дела Ефремова»

Самый загадочный эпизод в биографии знаменитого писателя-фантаста и профессора палеонтологии Ивана Антоновича Ефремова имел место после его смерти. Умер Ефремов 5 октября 1972 года, а через месяц, 4 ноября, в его доме КГБ произвел многочасовой повальный обыск, а на какой предмет — неизвестно.

Конечно, человек такого калибра, как Ефремов, не мог позволить чекистам расслабиться, разумеется, за ним надо было присматривать. Но одно дело — присматривать, и совсем другое — обыск: тут уже требуется бумаги оформлять, ордер, называть конкретную причину, чтить Уголовно-процессуальный кодекс. Что искали в доме покойного Ефремова — так и осталось неясным. Почти все, что до сих пор было известно об этой истории, в том числе самым близким к Ефремову людям, собрано и опубликовано в статье А. Измайлова «Туманность»...

Целенаправленная ложь тоже создает своих демонов, искажая все: прошлое, вернее, представление о нем, настоящее — в действиях, и будущее — в результате этих действий. Ложь — главное бедствие, разъедающее человечность, честные устремления и светлые мечты.

Много было толков. Древняя и милосердная формула «о мертвых либо хорошо, либо ничего» сработала. Но как и на кого?

Осенью 1972 года не стало Ивана Антоновича Ефремова — писателя, ученого, мечтателя. И его имя обволокла ложь. Ибо молчание вместо правды — это ложь. Ибо толки и слухи — это версии, предположения, но не правда.

Почва для произрастания толков и слухов была обильно унавожена. Например, письмами граждан в самые высокие инстанции после выхода в свет романа «Час Быка»...

«В ЦК КПСС, отдел культуры… от Жучкова Ю. В. г. Долинск Сахалинской области.

Мера или Вера. Личные сомнения читателя о пользе романа И. Ефремова „Час Быка“...» (Далее эти сомнения растягиваются на 86 страниц общей тетрадки). «Завершая письмо, хотелось бы еще раз заострить внимание на тревоге за читающую „Час Быка“ молодежь. Может быть, я неправ… но боюсь оказаться правым. Письмо адресовано в ЦК КПСС, а не в какой-либо журнал или в газету, потому что, если я неправ, И. А. Ефремову воздадут должное критики-профессионалы. Если же в чем-то прав, то не стоит привлекать в этом случае к книге ненужного внимания...»

Письмо такого интеллектуального уровня не единично.

Было и другое — от некоего Москаленко, работавшего заместителем начальника по политико-воспитательной работе в учреждении — далее цифровой индекс и номер такой-то, в колонии, короче.

На подобные «сигналы»...