Страсти по "мертвой красавице": Телевизор не нашел эротики в кейсе с частушкой

В Москву потянулись высшие должностные лица западных государств. Как они говорят, чтобы уговорить Путина не начинать войну. Как говорит, Кремль, чтобы, напротив, спровоцировать на заварушку. При этом дипломатический язык претерпел странные изменения. В дело пошел образ некой красавицы, которой Кремль предписал терпеть.

Ключевой эпизод недельного периода - визит в Москву президента Франции Эммануэля Макрона, который олицетворяет собой большое европейское государство с самостоятельным видением мировой диспозиции.

Очевидно, г-н Макрон собирался следовать традиции французской дипломатии и выступить посредником между закусившими удила Россией и США и тем самым снискать себе личный успех. Но визит не задался, поскольку политического потомка великих императоров усадили за длиннющий стол, на противоположной стороне которого, вдалеке, в аберрации зрения Макрона, лишь слабо виднелся российский лидер. И, видимо, нужно было сильно напрягаться, чтобы его расслышать.

А тут еще, объясняя ситуацию на совместной пресс-конференции, российский визави воспользовался речевым образом, смысл которого оказался слишком неожиданным и для французского переводчика в ухе Макрона, и надо думать для самого г-на Макрона, который не имел возможности переспросить и проконсультироваться, что бы это значило.

Российский лидер рассказал ему и широкой публике про злоключения некой красавицы, которой предписывалось терпеть, несмотря на то, что с ней делали. (Что делали, впрочем, не уточнялось.) В ответ президент Макрон не нашел ничего лучше, чем застыть с иронической полуулыбкой, очевидно, в надежде разобраться в этом образе потом.

Но на этом приключения французской дипломатии в славянском мире не закончились. Стремительно переместившись