Страх и боль — что чувствует Каракалпакстан месяц спустя

Надпись, встречающая пассажиров в аэропорту Нукуса.Нукус встречает приятной прохладой. В аэропорту дежурит БТР. У выхода стоят вооружённые люди в чёрной форме и масках, закрывающих лицо.

Прибывших привычно окружают таксисты. Шелестят листья тополей. Щебечут птицы.

По улицам снуют «Дамасы». Пешеходы и велосипедисты спешат по делам. Ничто почти не напоминает о том, что произошло в начале июля, кроме следов горевших покрышек на перекрёстках и мостах и оторванные секции забора посередине улиц.Стоит начать говорить с людьми о тех событиях, как они меняются.

Они понижают голос. Полностью выключают телефон или убирают его подальше. Они не сразу начинают рассказывать то, что им хотелось бы, сохраняя недоверие.

Постепенно собеседники начинают говорить о родных, знакомых и незнакомых людях, которые были ранены или убиты в те дни.В городе чувствуется всепроникающий страх. Люди боятся говорить из-за опасений навредить своим близким или потерять бизнес. У некоторых на глазах проступают слёзы.

Каждый говорит, что не верит в официальную статистику, согласно которой в ходе волнений погиб 21 человек. «Их намного больше». Они высказывают упрёк, что журналисты не приехали в Нукус в конце июня, когда всё начиналось: «Возможно, это предотвратило бы трагедию».

Мне нечего на это ответить.«Этот вопрос (выступление против поправок в Конституцию — ред.) всех нас объединил. Люди, которые раньше могли иметь разные взгляды или терпеть не могли друг друга, вдруг стали близкими», — рассказывает жительница Нукуса.Когда 25 июня был опубликован проект поправок, жители Каракалпакстана начали записывать индивидуальные и коллективные видеообращения с несогласием с поправками. Они массово звонили в колл-центр комиссии (1341) и заявляли, что против поправок.