Спросите Сталина

Российское отношение к Украине имеет корни в революции 1917-го. И в голоде, который убил 13% украинский. Украинцы теперь могут написать свою историю и самостоятельно решить, чем наконец закончится этот цикл насилия. The Washington Post — о том, почему Путин хочет контролировать Украину.

В феврале 2014 года мужчины, одетые в камуфляж, на бронированных грузовиках перевозили военную технику и оружие. Они выехали из российской военной базы в Севастополе и двинулись вглубь Крыма. Через несколько часов они заняли местные органы власти и телевизионные станции. В течение нескольких дней вступили в сговор для создания временного правительства. Затем провели жестко контролируемый референдум и объявили, что жители хотят, чтобы Крым принадлежал России.

Пока события развивались, пресс-секретари российских чиновников, журналисты и интернет-тролли специально спрятали вторжения в плотное облако лжи. Аннексия была представлена как восстание против «нацистов» и «фашистов» в Киеве, которые устроили государственный переворот. Фактически, пророссийский президент Украины бежал из страны после того, как приказал своим войскам стрелять в людей, которые восстали против коррумпированного и авторитарного правления. Президент России Владимир Путин устраивал эмоциональные выступления и таки объявил об аннексии Крыма в марте-2014. Гипперпатриотическая победа, посвященная овладению Крымом, была названа .

За рубежом захват Крыма и части Восточной Украины вызвал тревогу: впервые с 1945 года границы в Европе были изменены силой. Но внутри России все события восприняли как вполне естественный ход, что соответствует вековой украинофобии. В глубине национального сознания россиян укоренены знания о жажде украинцев к самостийности, осознание непредсказуемости украинцев и давний страх, что украинские запросы на свободу могут распространиться на Россию.

В 2014 году российские чиновники с ужасом смотрели на молодых людей, махавших европейскими флагами и призывали к демократии на киевском Майдане. Они хотели быть уверенными, что такое движение никогда не коснется России. Массовый антикоррупционный протест, особенно тот, который заканчивается захватом дворца диктатора — то, чего больше всего боятся российские коррумпированные олигархи.

Путин был свидетелем именно такого «хаоса», когда был молодым офицером КГБ в Дрездене в 1989 году. его катастрофически поразило. Он и сейчас обвиняет в протестах против него «иностранных агентов» и Хиллари Клинтон.

Необходимос...