Сплошные хрипы

Лукашенко действительно явился больным в большой зал, где в каждом ряду сидят десятки людей, - он осознанно пришел их заражать и вообще смертельно опасен. Поэтому каждый, кто присутствовал в том зале (хотя не представляю, кто туда мог прийти по доброй воле – наверняка чиновниками и трудящимися по разнарядке ряды заполняли), обязан как минимум сдать ПЦР и уйти на самоизоляцию. Насчет максимума не говорю – это и так все знают.

В любом случае, болезнь Лукашенко, разгуливающего по присутственным местам и собирающего по разнарядке толпы людей на пути следования, - это опасность для всех, и об этом нужно не просто говорить, а кричать. Сам-то он или не услышит, или не поймет, но, может быть, хотя бы те, кого сгоняли изображать народные массы, что-то поймут и уйдут на карантин. Так что обсуждать болезнь Лукашенко необходимо.

А вот все остальное – ни в коем случае. Потому что он именно этого добивается – всенародного обсуждения остального.Вся государственная пропаганда сейчас занята созданием иллюзии общественной дискуссии по поводу очередного перекраивания Конституции. Мы-то с вами знаем, что при диктатуре нет ни законов, ни Конституции, ни прав человека, ни выборов.

А когда ничего нет, то и обсуждать нечего. Если предмет дискуссии отсутствует, то и самой дискуссии по определению быть не может. Поэтому пропаганда активно занята созданием постановочных кадров.

«Поправки к Конституции» якобы обсуждают в трудовых коллективах. В разнообразных «совбелиях» публикуют фотографии: вот воспитательницы детского сада сидят на детских стульчиках и изображают обсуждение. А вот школьные учителя на скамейках в спортзале.

Доярки в коровнике, врачи в ординаторской, дворники с метлами во дворе – все будто бы обсуждают. Но на то и пропаганда. И с