Спектакль недели: "Теодор". Рекомендация "Вестей"

Когда около четырех лет назад Йонатан Кнаан и Идо Риклин приступили к работе над оперой о жизни Теодора Герцля, мало кто мог предполагать, как будут восприниматься отдельные цитаты предвестника еврейского государства, включенные в текст либретто, в контексте последних израильских событий. И когда зал в Тель-Авиве взорвался аплодисментами не в конце арии главного героя, а посередине, отреагировав на гуманистический посыл текста (равенство перед законом, уважительное отношение к иноверцам) — стало особенно ясно, как умело расставил акценты автор либретто и режиссер — Риклин. В этой постановке, мировая премьера которой состоялась 10 мая в Тель-Авиве, удивительно все

Во-первых, удивителен сам факт, что опера написана и исполняется на иврите (всем, кого всегда интересовало, как воспринимают классические оперы итальянцы, которым не нужно ежеминутно переводить взгляд со сцены на титры — добро пожаловать, вы получите здесь ответ на свой действительно важный вопрос).

Во-вторых — нельзя не отметить дерзость Риклина, не побоявшегося представить зрителю совершенно не канонический образ Герцля. Не только провидца и автора «Еврейского государства» — таким Герцля мы увидим только в самом конце. Прежде всего — Риклин показывает нам двух Теодоров. Первый — порывистый юноша, студент из Вены, более всего мечтающий стать членом «Альбии» — прогерманской националистической ассоциации. Второй Теодор — 35-летний журналист, освещающий в Париже процесс над Альфредом Дрейфусом, и постепенно приходящий к выводу, что спасение его народа может быть достигнуто лишь путем создания еврейского государства.

Между этими двумя периодами происходит немало событий: увлечение юного Герцля националистическими идеями и мечты о Великой Германии, искреннее