Ситуация поменялась. Чего ждать от России и что решают США

Николай Сунгуровский Директор военных программ Центра Разумкова Я соглашаюсь с тезисом министра обороны Украины Алексея Резникова о том, что самый плохой этап войны уже позадиТо, что худший сценарий позади, я вижу по определенным признакам и информации от наших партнеров. Ведь Путину намекнули, что в случае применения ядерного оружия он будет иметь дело уже не с Украиной, а с первым в мире ядерным государством. Путин, по сути, трус.

И способен запугивать только тех, у кого этого оружия нет. Да, он пробовал запугать НАТО и США, но получил достойный ответ и поэтому мы больше об этом не слышим. Мы слышим о возможности взрыва на ЗАЭС, но о применении ядерного оружия мы больше не слышим, кроме как от экс-президента РФ Дмитрия Медведева, соловьевых, скабеевых и других пропагандистов.

Итак, вернемся к ходу конвенционной войны. Наиболее угрожающий этап так называемой «специальной военной операции» Путина приходился на начало российского нападения. Поскольку это был главный первый удар, то были задействованы главные силы противника.

Разгоняются такие мнения, что Украина не готовилась к этой войне. Это не совсем так. ВСУ готовились, были соответствующим образом передислоцированы на наиболее угрожающих направлениях.

Вы ведь знаете, что, к сожалению, не обошлось без предательства, особенно на юге, где мы потеряли значительные территории. Сейчас ситуация стабилизировалась. Идет фаза состязания в темпах истощения и пополнения ресурсов.

Какая сторона умело справится с этими вызовами, на той стороне и будет победа. Российские резервы истощаются, и нет надежных источников для их быстрого пополнения. Мы свои резервы пополняем, в том числе и техникой, не в тех темпах, которых бы нам хотелось, но последние события в США (предложили ввести