Путин в придуманной реальности

Ж.Моннэ и Р. Шуман верили в его становление; он также убежден в упадничестве Америки как большинство западных политиков в ее безграничном совершенстве.

И именно постольку, поскольку его точка зрения явно выходит за пределы обыденной реактивной политики, она воспринимается – и не может не восприниматься – как воплощение лидерства. Именно поэтому партнеры В.Путина, даже понимая, что его прогнозы не могут сбыться, завороженно внимают его речам и допускают, что в чем-то он может оказаться прав (к тому же человеческое мировосприятие всегда позитивно воспринимает отсылку к чему-то уже существовавшему, а не фантазийным сущностям).Кремль сегодня, на мой взгляд, неимоверно удачно воспользовался глобальным кризисом лидерства и предложил свою его версию – низводящую реальность и законы ее развития до не стОящих внимания бессмыслиц.

Как говорила одна моя однокурсница по университету о советских обществоведах: "мы не исследуем реальность – мы ее придумываем". Придумывание реальности стало делом жизни российской политической элиты – и принесло ей огромные политические и экономические дивиденды.Проблема, однако, только в одном: придуманная реальность порой может столкнуться с объективной.

И тогда никакая сила духа уже не способна помочь. При этом что-то мне подсказывает, что время эволюционной политики заканчивается, и вскоре появятся лидеры новой генерации, обладающие собственными планами переустройства мира – с прицелом на оригинальные, а не музейные, конфигурацииВладислав Иноземцев, Telegram